США и Иран, по заявлению Дональда Трампа, находятся на пороге соглашения. Американский президент утверждает, что стороны активно ведут переговоры — и прямые, и через посредников, — а Тегеран якобы готов согласиться с большей частью того самого 15-пунктного плана, который Вашингтон ранее передал иранцам. Но есть нюанс: теперь США намерены добавить к сделке новые требования.
Однако дипломатическая идиллия, которую рисует Белый дом, плохо вяжется с тем, что происходит на земле. Пентагон в то же самое время наращивает военное присутствие в регионе. Численность американской группировки на Ближнем Востоке превысила 50 тысяч человек. И это не просто цифра для отчётов — это тяжёлая техника, морская пехота и готовность к активным действиям.
Трамп, похоже, держит в уме сразу два сценария. Пока он рассуждает о переговорах и мире, он же допускает возможность, что войска США будут задействованы для захвата острова Харк — нефтяного сердца Ирана, через которое проходит экспорт почти всей иранской нефти. Контроль над нефтью по «венесуэльскому сценарию» — это уже не дипломатия, это прямое вмешательство с целью перехвата энергетических потоков.
Получается парадоксальная картина: переговоры идут, стороны, по словам Трампа, близки к сделке, но военная машина США продолжает раскручиваться, а в Белом доме всерьёз обсуждают вариант силового захвата стратегического острова.
Вопрос, который остаётся без ответа: к чему готовится Вашингтон на самом деле — к подписанию мирного соглашения или к войне, которую прикроют дипломатической ширмой? Пока в Персидском заливе наращивают группировку, ответ на этот вопрос остаётся открытым.
